«Нам это решение было как обухом по голове»

Больше трёх лет потребовалось фермеру Анатолию Копылову, чтобы доказать: он законно владеет шестью строениями по соседству с его фермой
Ольга Мутовина
«Нам это решение было как обухом по голове»
Больше трёх лет потребовалось фермеру Анатолию Копылову, чтобы доказать: он законно владеет шестью строениями по соседству с его фермой
В январе 2021 года суд вынес решение в пользу Копылова. Теперь ему не нужно сносить шесть строений по соседству с фермой и освобождать участок под ними. Хотя до этого прокурор Ольхонского района настаивал, что постройки находятся на территории национального парка. Поэтому домики надо уничтожить, а землю вернуть государству.

Текст: Ольга Мутовина
2 марта 2021 года

День 66-летнего фермера Анатолия Копылова начинается, когда просыпаются его коровы. Зимой в холод и ветер животные могут почти до обеда просидеть в стайках. Его ферма находится в километре от Байкала, там часто дует северный ветер — Горняшка. «Коровы отдыхают — и мы сидим дома, пьём чай с травами. Погода стихла, коровы выходят — и мы начинаем шевелиться», — говорит Анатолий. Нехотя, шевеля шкурой, стряхивая по дороге с себя частички сухой подстилки, коровы выбираются на воздух. На солнце от шерсти, покрытой инеем, поднимаются струйки пара.

Анатолий держит коров, которые могут выживать на морозе, — герофордов и калмыков

Фото: Антон Климов
За ночь 250 коров оставляют после себя больше двух тонн навоза. Пока коровьи лепёшки не застыли на морозе, фермер вместе с женой Адэлёй выходит с лопатами и загружает навоз в грузовик, который Анатолий называет говновозкой. Навоз он увозит на поля и удобряет им траву для всё тех же коров. Если промедлить и не убрать лепёшки до обеда, при обычной зимней температуре -25 кучи примерзают к земле. И их нужно отдалбливать «дубачкой» — палкой с металлическим остриём.

По такому расписанию семья Копыловых живёт последние 30 лет. Что бы ни произошло: свадьба, похороны, выборы, землетрясение, — утром Анатолий должен выйти во двор и убрать за скотом.

Он отпускает коров со двора. До вечера они пасутся в бухте или на сопках. Копыловы владеют сотней гектаров пастбищ и сенокосов. Но в январские дни 2021 года фермер держит весь молодняк, 91 полугодовалого телёнка, в загонах. Перед Новым годом нескольких телят загрызли волки.

Туристов в бухте Крестовой мало. Даже на Байкале люди ищут комфортный отдых

Фото: Антон Климов
Анатолий проходит мимо будки, в которой ещё пару недель назад жил белый пёс с чёрной головой по кличке Компот. Его тоже задрали волки. «Собака — первое, что съедают волки. Для них большой пёс, как леденец. Две секунды — и всё», — рассказывает Анатолий.

Фермер показывает место, где нашёл кровавую шкуру разодранного телёнка. Оттуда до забора фермы примерно 200 метров. Спустя несколько недель ничего здесь не напоминает о случившемся. Ветер разгоняет по земле снежинки, рядом гуляют коровы. Ещё один бычок в тот вечер успел заскочить в сарай, но волк уже схватил его за бок. Телёнок не выжил. На побережье Байкала нападение волков — не редкий случай.

Анатолий Копылов стал фермером 30 лет назад

Фото: Антон Климов
Без видимых эмоций Копылов рассказывает о недавних потерях. Лицо фермера загорелое, кожа на крупном носу шелушится от постоянной работы на воздухе. Зимний костюм защитного цвета с плотно прилегающими манжетами и капюшоном придаёт объёма высокой и стройной фигуре Анатолия. Движения сковывают высокие прорезиненные сапоги. Но без такого обмундирования долго на морозе не продержаться.
Раз в неделю мы присылаем новые истории на почту. Подпишитесь на рассылку

«Фермером поздно становиться, когда ты уже взрослый»

Хозяйство фермера Копылова началось с пяти коров. Их Анатолий и Адэля перегнали в 1991-м году из соседних Еланцов, где жили, на земли бывшего совхоза «Куретский». После того, как он разорился, многие работники взяли землю и стали фермерами.

Анатолий поставил в километре от Байкала несколько стаек для коров, домик с земляным полом для своей семьи. Электросети в этих местах не было и нет до сих пор. Вечера семья, в которой друг за другом появилось пятеро детей, проводила при свете керосиновой лампы. «Мы были детьми. Другой жизни не знали. Поэтому не чувствовали, что нам чего-то не хватает. Отец учил нас играть в шахматы. Пили чай и спать ложились. Так и проводили свободное время», — рассказывает старший сын Григорий, ему 34 года.

В последние годы появился генератор, которого хватает на телевизор, холодильник и несколько лампочек. Но навоз продолжают убирать вручную. Теперь, правда, помощников прибавилось. Григорий на весь день приезжает работать из Еланцов, где живёт с женой и двумя сыновьями. Два зятя Анатолия тоже живут в Еланцах, они помогают по выходным, третий зять приезжает из Иркутска летом на время отпуска.

Сын Анатолия Григорий кормит молодняк дроблёным зерном

Фото: Антон Климов
Анатолий с семьёй держит герифордов и калмыков — это мясные породы скота. Без электричества и механизации доить столько коров и обрабатывать молоко невозможно. Поэтому коров прямо на пастбище высасывают телята. Взрослых быков фермеры забивают и отвозят на рынки.

«Все мои дети и внуки с малых лет знают, что такое убирать навоз, что такое пригонять и кормить скота, — рассказывает Анатолий. — Фермером поздно становиться, когда ты уже взрослый». То, что — по крайней мере, для сурового байкальского климата — эта истина работает, несколько лет назад на собственном опыте проверили соседи Копыловых.

Григорий и Евгений прорубают лёд Байкала, чтобы коровы могли попить

Фото: Антон Климов
В местности Амбура в нескольких десятках километров от Копыловых семья из Беларуси организовала экоферму. Они были не молоды, когда смогли осуществить свою мечту — заняться фермерством на берегу Байкала. Белорусы завезли 500 голов племенного скота и начали работать. Проблемы появились в первую же зиму. «Они думали, что коровы не какают. А оказалось, это не так», — улыбается Анатолий. Коровьи лепёшки в экоферме в морозы застывали быстрее, чем их успевали убрать. Привезти дополнительных работников зимой по плохим дорогам они не смогли. Когда белорусы поняли, что не справляются, попытались продать ферму. Но сделать это быстро не получилось. В итоге они распродали коров. А брошенная ферма до сих пор стоит без дела.

«Скотину вырастить и сохранить — огромный труд. Каждый день просматриваешь: не цапанули ли волки, не заболел ли кто. Из-за маленькой ранки, если её пропустить, не обратить внимания, можно потерять скотину», — рассказывает фермер.

Фермеры следят, чтобы коровы не разбредались по сопкам и не уходили далеко

Фото: Антон Климов
Один-два раза в неделю Анатолий пересчитывает своё стадо. В последний раз пару дней назад он недосчитался двух взрослых быков. Значит, снова на полях побывали воры. Всего за год обычно пропадает не меньше 20 животных. Из 98 телят, которые появились прошлым летом, остался 91. Семерых загрызли волки. Хищники обычно нападают на молодняк и оставляют после себя следы крови и шкуру убитого животного. А вот люди стараются действовать незаметно.

По нескольким каплям крови, которую всё-таки оставили воры на свежем снегу, 10 лет назад Анатолий выследил банду. Однажды он вместе с помощником на машине поехал смотреть скот. На недавно выпавшем снегу он заметил пятно свежей крови. Следы от шин привели его в посёлок Еланцы, дальше след смешивался с другими. Весь день Анатолий ездил по посёлку. У ворот одного из домов по соседству с сыном Григорием он обнаружил капли крови. Когда зашёл во двор, увидел, как мужики разделывают его быка. Голова животного лежала рядом.

Анатолий с женой Адэлей и внуком Толей собираются в посёлок, сын Григорий их провожает

Фото: Антон Климов
«Я подошёл и сказал им прямо: „Вы не мужики… Вы вырастили этого быка?! Сволочи, вы на готовое приехали!“» — вспоминает Анатолий. Он оставил работника охранять украденное, сам съездил за участковым. Участников группы судили, они получили по четыре года условного срока. Но, как говорит Анатолий, красть скот не перестали. Через несколько лет их снова поймали в другом месте. Эти люди по-прежнему на свободе.

«Сейчас много безработных в деревнях. Кто-то не может найти работу, кто-то просто не хочет работать, — рассуждает Анатолий. — Надо чем-то питаться. Вот и ищут лёгкие пути».

«Турист из Германии попросил лопату, из Франции — литовку»

Фермер часто слышит, как туристы восхищаются красотами Байкала. Он сам без восторгов относится к окружающим видам. Любоваться ему просто некогда. А вот туристы специально сворачивают с трассы, едут по бездорожью, чтобы постоять на ветру у берега, поснимать виды с сопок.

Помощник по хозяйству Виктор

Фото: Антон Климов
Иногда туристы приезжают посмотреть на древние рисунки, которые сохранились на одной из скал утёса Саган-Заба. Он находится в пяти километрах от фермы Копылова. На скале со стороны озера нацарапаны или нарисованы охрой десятки фигур: от самых мелких, размером в сантиметр, до полуметровых. Там можно увидеть изображения целого хоровода танцующих людей с рогами, быков, оленей, лебедей и других птиц и животных. В нескольких километрах от фермы в противоположную сторону можно найти остатки древних каменных крепостей. На горе Даян-Хушун сохранились следы самого древнего сооружения эпохи курыкан, датированного 5−6 веками.

По словам фермеров, исторические места не пользуются большой популярностью у туристов. «Людям в основном нужен комфортный отдых на Байкале, сюда приезжают редко. Берег у нас каменистый, вода в бухте ледяная. Купаться нельзя. Часто дует ветер», — рассказывает фермер.

Григорий скалывает лёд на водопое

Фото: Антон Климов
Когда переводчик передал просьбу одного из туристов из Германии дать ему лопату, Анатолий воспринял это как шутку. Но гость, получив инструмент, стал энергично стаскивать в кучу коровьи лепёшки и загружать их на тележку. Дело было зимой, в мороз человек не боялся испачкаться. Он решил поработать в той одежде, которая была на нём.

В другой раз летом во время сенокоса турист из Франции попросил литовку и попробовал покосить вручную. «Понятно, что хватило его ненадолго. Но нам стало интересно, что люди хотят посмотреть, как мы работаем, как у нас всё устроено, — говорит Анатолий. — А с другой стороны, неудобно. Ты чистишь стайку в рабочей одежде. И тут заходит, например, француз и фотографирует».

В 2014 году Анатолий занял денег у крупного сельскохозяйственного бизнесмена и купил бывшую геофизическую базу. Шесть одноэтажных строений площадью от семи до 88 квадратов прежний хозяин использовал под турбазу. В документах цена недвижимости указана — один миллион рублей. Сколько на самом деле стоила база, фермер не говорит. Если судить по объявлениям о продаже недвижимости в Ольхонском районе, один участок без строений в этом месте может стоить несколько миллионов рублей.

«Думали, что отобьёмся от этих нападок»

Спустя три года, в 2017 году, прокурор Ольхонского района потребовал снести постройки и освободить самовольно занятый участок. Сотрудники надзорного ведомства провели проверку и сделали вывод: турбаза находится на территории национального парка. На такие земли даже проехать без пропуска нельзя. Кроме этого, запрещено строить, продавать участки, обрабатывать землю. И тем более нельзя принимать туристов. В апреле 2017 года прокурор района подал иск в суд.

«Мы чувствовали себя спокойно. Думали, что отобьёмся от этих нападок. Документы ведь все у нас есть. Этим домам по 40 лет. Базу организовали в 1978 году, дома построили в 1980 на землях совхоза „Куретский“», — рассказывает Анатолий.

Несколько часов каждый день уходит на то, чтобы убрать коровьи лепёшки

Фото: Антон Климов
В 1977 году Ольхонский районный Совет депутатов трудящихся принял решение передать Мегетской геофизической экспедиции на 10 лет полгектара каменистого выгона из земель совхоза «Куретский». Затем эти полгектара земли были закреплены за геологической экспедицией в бессрочное пользование. Земля была предоставлена для строительства базы настройки геофизической аппаратуры.

Среди документов — распоряжение мэра района от 1994 года о том, что лаборатория по настройке геофизической аппаратуры «Иркутскгеофизики» принимается в собственность Ольхонского района. По акту приёма-передачи были переданы «двухквартирный жилой дом, столовая, гараж, дизельная, баня, склад, домик со скважиной, туалет и здание по ремонту спецаппаратуры».

Анатолий мечтает передать ферму детям и внукам, чтобы они работали на земле

Фото: Антон Климов
В 1995 году район продал базу управлению вневедомственной охраны при УВД. Владелец получил свидетельство о собственности на участок площадью на 0,1 гектара больше, чем отводился ранее. После этого база перешла ООО «РИЭЛТИ-С ТЭК». Этой компании в 2001 году администрация предоставила землю на 49 лет. Руководители частной компании попросили мэра района добавить к участку 0,4 гектара из земель госземзапаса. В итоге во владении компании оказался гектар земли.

Фермер принёс в суд свидетельства о собственности на строения, договор купли-продажи участка и акт приёма-передачи земли. Он пытался доказать, что база находилась на берегу Байкала задолго до образования национального парка. Участок выделили и передали сначала геологической экспедиции, потом управлению вневедомственной охраны, позже земля была продана частной организации.

Первое фото — ледник, в котором семья хранит летом продукты. Второе фото — Григорий дома. Третье фото — Григорий заносит дрова

Фото: Антон Климов
Ключевым доказательством отведения земель Копыловы считали государственный акт о передаче участка в бессрочное пользование. Но суд не принял копию документа. А оригинала госакта не оказалось ни в госархиве, ни в администрации Ольхонского района. При этом суд счёл, что регистрация в книге записи государственных актов на право пользования землёй не является доказательством.

Требуя снести постройки, прокурор сослался на пункт 5 части 1 статьи 1 Земельного кодекса РФ. Этот пункт закрепляет «единство судьбы земельных участков и прочно связанных с ними объектов». То есть если участок люди заняли незаконно, то незаконными признаются и постройки на нём.

Бухта Крестовая летом

Фото: Антон Климов

Хозяйство Копыловых расположено между двух сопок

Фото: Антон Климов

Григорий везёт стройматериалы на ферму

Фото: Антон Климов
В апреле 2019 года суд принял решение снести строения и освободить участок. Сделать это Копыловы должны были не позже трёх месяцев со дня вступления решения в силу, то есть в июле 2019 года. «Нам это решение было как обухом по голове», — вспоминает Анатолий.

«Мы бы не хотели новых волнений»

25 апреля 2019 года, в тот день, когда фермеры узнали о решении суда, Анатолий и Адэля занимались коровами. Как и всегда, нагрузили и вывезли тележку навоза, зашли в дом. Выстрел, удар — так описывает фермер свои ощущения от новости. Он молча налил себе стакан чая, сел за стол. «Я много чего в жизни пережил. В молодости тонул, чуть с жизнью не попрощался, — говорит фермер. — Тогда было действительно страшно. А это можно пережить».

Сын Григория Толя

Фото: Антон Климов
В мае 2019 года Копыловы обжаловали решение суда, но получили отказ, за ним последовал следующий. «Я, можно сказать, жил в архивах. Делал десятки запросов в разные архивы и базы данных. Работал с такими архивами, о которых большинство людей даже не подозревают, что они есть. Искал документы в электронных хранилищах. Например, открываешь папку „Ольхонский район“, там три тысячи документов, каждый из них нужно открыть и просмотреть. Оригинал госакта так и не смог найти, — рассказывает Григорий, сын Анатолия. По образованию он инженер-механик. — Я ездил на судебные заседания в Еланцы и Иркутск. В хозяйстве меня заменял один из зятевьёв. У коров ведь выходных не попросишь».

Телята — самая лёгкая добыча для волков

Фото: Антон Климов
За год Копыловы прошли все судебные инстанции, кроме Верховного суда. Решение о сносе вступило в силу. Судебные приставы передали фермерам исполнительный лист, предписывающий освободить участок. Но Копыловы продолжали писать обращения — губернатору, президенту, уполномоченному по правам человека.

Зимой фермер использует теплицу как загон для скота. И землю специально удобрять не надо

Фото: Антон Климов
В марте 2020 года фермер Копылов смог пробиться на встречу с губернатором Иркутской области, который приезжал в Ольхонский район. В актовом зале администрации в тот день собралось больше 100 человек. Жительница Хужира пожаловалась главе региона на то, что на её улице не работает водяная колонка. Сразу после встречи колонку починили. Люди, приехавшие на встречу с Ольхона, просили взамен грунтовой построить по острову асфальтированную дорогу. Дорогу пока не построили.

Копылов попросил губернатора заступиться, защитить его хозяйство от нападок прокурора. Глава региона обратился к присутствующим на встрече представителям надзорного ведомства и потребовал внимательнее разобраться в деле.

Турбаза, которую должен был снести Анатолий

Фото: Антон Климов
Спустя семь месяцев, в октябре 2020 года, прокурор Ольхонского района подал новый иск к Копыловым. На этот раз он заявил права государства только на 0,4 гектара, присоединённые к первоначальному участку в 2001 году. От остальных требований прокурор отказался.

Копылов говорит, что в этих домиках живёт он со своей семьёй

Фото: Антон Климов
«Прежнее решение суда было отменено в связи с возобновлением производства. Основание возобновления — изменения гражданского законодательства, вступившие в силу в 2020 году. Гражданский кодекс пополнился понятием „добросовестный приобретатель“», — рассказал по телефону изменение требований помощник прокурора Ольхонского района Алексей Егорашев. Разговору предшествовала переписка. Ответ прокуратуры на запрос редакции, сформированный из восьми вопросов, уложился в несколько строк. «Почему, может быть, показался ответ куцым. Вся эта проблематика, возникшая вокруг земельных вопросов, она бурно обсуждаема. Очень резонансна. Мы бы не хотели новых волнений», — так объяснил краткость письменного ответа помощник прокурора.

Ветер и снег — обычная погода на побережье

Фото: Антон Климов

Григорий на древнем жернове непонятного происхождения. Никто не знает, откуда и как он появился на берегу Байкала. Его не смог сдвинуть с места 20-тонный подъёмный кран

Фото: Антон Климов

Ферма Анатолия ночью

Фото: Антон Климов
13 января 2021 года суд Ольхонского района принял решение забрать у Копыловых участок площадью 0,4 гектара. Таким образом, сама база и земля под ней остаются за фермерами. Первым о решении узнал Григорий, ему позвонили из суда. Он сразу сообщил отцу.

Анатолий уверен: если бы не вмешался губернатор, никто не стал бы заново разбираться в деле. «Радоваться новому исходу дела мы не спешим. Ждём, что будет дальше», — говорит Копылов. Турбаза стоит на землях, предназначенных для сельского хозяйства. Поэтому по закону принимать туристов в них нельзя. Они и не принимают — убеждают фермеры. Корпуса стоят закрытые, не отапливаются.

Остатки телёнка, которого загрызли волки

Фото: Антон Климов
Однако на нескольких сайтах в интернете мы встречаем предложения отдохнуть на базе отдыха «Крестовая». Зимний номер в ней можно снять за 1300 рублей с человека в сутки, летний обойдётся в 700 рублей и выше. В рекламе говорится о том, что в каждом номере есть умывальник и туалет. Бонус летних домиков — вид на Байкал. Владельцы базы сообщают, что на территории есть русская баня, площадка для игр и детская площадка. Есть возможность прямо с базы отдыха отправиться на экскурсии, арендовать снасти и поехать на рыбалку или прокатиться на судне по воде. «Все желающие могут собирать ягоды, грибы, лекарственные травы», — предупреждают ещё об одном приятном дополнении к отдыху организаторы.

От Байкала часто дует северный ветер — Горняшка

Фото: Антон Климов
На фотографиях — та самая база, которая, по словам владельцев, не работает. По номеру, указанному на рекламном сайте, отвечает сын Анатолия Григорий Копылов. Он говорит, что будет рад принять отдыхающих на турбазе. Приехать можно и зимой, и летом. Для групп от 10 человек у них предусмотрена скидка 10%.

Текст: Ольга Мутовина
2 марта 2021 года

Поделитесь этой историей:

Читайте также:

Вы можете отправить пожертвование
Тогда мы сможем рассказать вам больше историй