Доказательства вины — фотографии вокзалов и переписка
Светлана перестала звонить матери и отвечать на сообщения в середине октября позарошлого года. К этому времени она уехала из родного Иркутска, жила в Москве, потом в Армении, Казахстане и Турции. Снова вернулась в Россию. Дочь все время была на связи, и когда Светлана пропустила ежедневный созвон с матерью, та забеспокоилась. 23 октября 2024 года Людмила Афанасьева подала в полицию о пропаже дочери.
Через четыре дня, ночью, дочь позвонила Людмиле со своего телефона. Она сказала, что находится в подвале. «У нее зуб на зуб не попадал, голос был испуганный. Она была полностью раздета. Сказала, что мужики сорвали с нее одежду, держали на холоде и избивали кулаками по голове, дергали током, — рассказывает Людмила. — Света сказала, что ей хотят дать 20 лет за терроризм. Звонок был короткий, всего несколько минут. Света сказала, что ее снова повели бить, и отключилась».
Свою дочь Людмила нашла в ФСБ Курска. Она точно не знает, как Светлана туда попала. Известно, что ее задержали 16 октября 2024 года. Где она была и что с ней делали следующие пять дней, неизвестно. 21 октября Ленинский районный суд Курска арестовал ее на десять суток по административной статье за «неповиновение законному требованию сотрудника полиции». Якобы Савельеву задержали на улице пьяной, а она отказалась пройти медосвидетельствование. Когда было совершено это «правонарушение», в опубликованном протоколе скрыто.
«Несмотря на то, что Савельева С.И. вину не признала, ее вина в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 19.3 КоАП РФ, подтверждается показаниями допрошенного в судебном заседании в качестве свидетеля сотрудника полиции ФИО3 и иными материалами», — заключил судья Игорь Сухих. Постановление опубликовано на сайте суда города Курска.
Известно также, что в суд поступил еще один административный протокол на Савельеву, снова по статье 19.3. И снова было вынесено решение об аресте, за что именно ее арестовали и на какой срок — неизвестно, протокол на сайте суда отсутствует.
Через два месяца после ареста, 16 декабря, Савельеву выпустили из спецприемника. У ворот ее встретила мать. Где и когда выйдет Светлана, ей рассказала женщина, которая сидела вместе с ней и ее освободили раньше. «Я увидела дочь худой, изможденной, с седыми волосами», — рассказывает Людмила. На глазах у матери Светлану задержали по уголовному делу о госизмене, до СИЗО их довезли вместе. Дочь успела рассказать матери, что некоторые из тех, кто ее пытал, были в балаклавах, закрывали лица. Что ей угрожали убийством и требовали признаний.
В чем обвиняют дочь Светлану Людмила узнала от сотрудников ФСБ. В Курске ее допросили как свидетеля. Спрашивали, русская ли она по национальности и какие связи у Светланы с Украиной.
«Они мне говорили, что Света „проходила военную подготовку в Казахстане“. А я им: какую подготовку? Она такая тоненькая, такая вот веточка, хрупкая», — пересказывает разговор Людмила. Светлану обвинили в покушении на государственную измену (275 статья УК РФ через часть 3 статьи 30). Эта статья подразумевает, что человек намеревался совершить госизмену, но не довел ее до конца. «Доказательства вины» оперативники нашли в телефоне Светланы — фотографии вокзалов, переводы от жениха и переписка с ним.
«Представляешь, что такое пересечь линию фронта»
Светлана и Олександр познакомились через интернет-сервис знакомств чат-рулетку. К тому времени Светлана оформила развод с бывшим мужем. Жила с матерью в Иркутске, зарабатывала переводами с английского, работала с компанией, выпускавшей видеоигры, кроме того, переводила фармацевтическую документацию.
Олександр Чечотка — военнослужащий украинской армии, на фронте находится с начала войны. Светлана — россиянка, Олександр — украинец, воюющий против России. Но они оба не считали, что это может быть препятствием для отношений.
«Почему люди влюбляются? Ну, вот так вдруг случилось, и все. Она очень интересная, начитанная, умная, она неординарный человек, — говорит Олександр. — Мы много разговаривали. Точка зрения у нее была всегда против войны. „Я в этой стране жить нормально не могу, но и выехать нормально не могу“, она говорила. Кто с умом, кто умеет думать — у них своя же, другая точка зрения, не как в телевизоре. И им тяжело, и у них огромные проблемы».
Олександр и Светлана выяснили, что в детстве любили одну и ту же книгу, причем довольно редкую: «Рыжик» Алексея Свирского. Это повесть о сироте, беспризорнике Саньке по прозвищу Рыжик, который скитается по миру в поисках тепла, дома и тех, кто его приютит.
Светлана и Олександр общались в интернете два года. В какой-то момент они решили, что хотят быть вместе. Но встретиться никак не получалось. Светлана неоднократно пыталась разными путями попасть в Украину: через Молдову, через Беларусь. Ее не впускали. И тогда у нее появилась идея попасть на подконтрольную Украине территорию через Курскую область. В октябре 2024 года, когда Светлана поехала туда, войска ВСУ находились в Курской области.
Олександр не верил в этот план и отговаривал невесту, просил не рисковать. И теперь винит себя за то, что не смог ее переубедить. «Самая большая ошибка — что я все-таки разрешил ей поехать в Курск», — говорит он.
— Кто-то ей сказал, что за день можно дойти к линии фронта. Я ей сколько раз объяснял, что нет, это невозможно. Я говорю: представляешь, что такое пересечь линию фронта? Это не какая-то там таможня между Казахстаном и Россией. Здесь за каждый метр идет война! — говорит Олександр.
В последний раз Светлана позвонила ему из Курска и сказала, что выезжает. Она села в такси в четыре утра. «Она дала мне номер этого таксиста, который обещал ее отвезти, он мне начал лепетать: да я завезу куда хочешь, хоть до „Трех сестер“ (бывший пропускной пункт на стыке Украины, Беларуси и и России), хоть куда. Говорю: он лепит красиво, но будут проблемы. Она: „У меня чемодан в его машине“ Чемодан бросай, езжай на вокзал и все! — говорю ей. Потому что документы при ней были. Может, сам этот таксист ее и сдал, я не знаю», — рассказывает военный.
Оперативники обнаружили у Светланы приложение казахстанского банка и переводы из Украины. Олександр говорит, что это он отправлял невесте деньги. Поскольку сделать перевод из Украины на российскую карту нельзя, переводы он делал на счет казахстанского банка.
«Саша Свете деньги пересылал, он хотел, чтобы она к нему переехала. Они же пожениться хотели. Говорили, что и меня к себе заберут, будем все вместе!» — вспоминает Людмила.
«Шлет из СИЗО ободряющие письма»
Мать Светланы Людмила после допроса в Курске вернулась домой в Иркутск и сразу подала заявление на загранпаспорт. 20 февраля 2025 года к ней пришли с обыском. На следующий день Людмила получила паспорт и уехала за границу. Сейчас она живет в Грузии.
Людмила обращается к правозащитникам, пытается привлечь внимание к делу дочери. В июле 2025 года Афанасьева написала письмо уполномоченному по правам человека в РФ Татьяне Москальковой.
«Поверьте, я знаю свою дочь. Она влюбилась по интернету и в порыве чувств рванулась к нему. Глупо и необдуманно. И поплатилась за свою любовь… — писала она. — Спасите ее, пожалуйста. Вся моя надежда на Вас. Ведь у меня осталась только она, моя единственная дочь. Очень прошу Вас, помогите ей». Ответ Людмила не получила.
Спецдокладчик ООН по вопросам прав человека в России Мариана Кацарова включила историю Светланы Савельевой отдельным пунктом в последний доклад. Документ опубликован в 2025 году.
«В октябре 2024 года Светлана Савельева была произвольно задержана на границе Курской области при попытке перебраться в Украину для воссоединения со своим женихом. Она прошла через „карусель“ административных арестов, когда сотрудники ФСБ перевозили Савельеву из одного гостиничного номера или квартиры в другую и пытали ее в течение двух месяцев. Пытки включали в себя избиения, применение методов удушения и электрошока, унижения, угрозы убийством и сексуальным насилием, с целью выбить признательные показания», — пишет о Савельевой спецдокладчик ООН.
Правозащитный проект «Поддержка политзаключенных. Мемориал» включил Светлану Савельеву в список политзаключенных, преследуемых за антивоенную позицию.
«Она виновата лишь в том, что полюбила украинца! Мой отец, дед Светы, родился в Харькове, у нас родственники в Одессе. Дед очень любил Свету, на многих ее детских фотографиях они вместе. Если бы он узнал, что за любовь к украинцу ребенок такие муки переживает, он бы в гробу перевернулся», — восклицает мать Светланы.
Светлана успела передать матери контакт Олександра, они общаются и поддерживают друг друга. Жених дочери помогает Людмиле, присылает деньги. Ей пришлось уехать из России, в чем была, без вещей и средств.
Людмила ходит с тростью, у нее прогрессирует заболевание суставов. Но на свое состояние она не обращает внимания, беспокоится за дочь, собирает ей посылки с теплыми вещами и продуктами. 10 февраля начался суд над Светланой. Суды идут в закрытом режиме. Людмила переживает, что на заседания дочь привозят в наручниках и не снимают их в зале во время суда. От этого у заключенной затекают и немеют руки. Людмилу беспокоит, что дочь сильно осунулась, поседела и похудела.
Людмила вспоминает, какой была ее дочь: «Со Светой было так чудесно! Во всех смыслах. Слушать, смотреть и говорить, даже просто молчать. С ней было весело и тепло. Она умела обо всех заботиться. Она очень добрая. Дом всегда был полон подобранных с улицы собак и кошек. Если грустно, всегда поднимет настроение. Даже сейчас из СИЗО она шлет мне ободряющие письма. Сама болеет, но спрашивает про мое здоровье, шутит, меня утешает, успокаивает и вселяет надежду».
Надежда Людмилы в том, что Светлану включат в списки на обмен. Она верит, что сможет увидеть дочь и они будут вместе. «Если бы не эта надежда, я бы просто легла и меня бы не стало», — говорит Людмила.
Волонтеры организовали сбор на оплату адвокатов Светлане. Помочь политзаключенной можно, отправив пожертвование в рублях на платформе «Заодно».