890 км

Мама не отпускает

Как живут шахтёрские посёлки после закрытия рудников и почему людей не расселяют

Новости из северных посёлков приходят редко и всегда поражают.«Медведь загрыз жителя посёлка Витимский прямо у него дома». «Трое электриков на лыжах 6,5 часов чинили лопнувший провод в тайге, на морозе минус 48 градусов». «Бабушка-„олигарх“ живёт одна в брошенном 12-квартирном доме без воды и тепла». Это вести, иногда долетающие до «большой земли» из страны, которая давно исчезла. Но если купить билет на старенький самолёт АН-24, который летает из Иркутска в Маму, можно за два 2,5 часа очутиться в прошлом, постоять на осколках советской империи. Там дома, котельные, школы, тротуары — как в СССР, только сильно изношенные.

Раньше в Мамско-Чуйском районе добывали слюду. Люди приезжали туда со всей страны. Ехали за романтикой и за длинным рублём. В 90-е годы рудники закрыли, добычу прекратили. В наследство от советского времени остались клубы и благоустроенные панельные дома, построенные в горах, среди дремучей тайги, и огромные школы. Сейчас они стоят полупустые. В холлах — монументальные мозаики и барельефы во всю стену. Висят плакаты о достижениях советской космонавтики. Даже таблички на дверях кабинетов из советских времён, их никогда не меняли.

С тех пор из пятнадцати посёлков осталось пять: Луговский, Витимский, Колотовка, Мусковит и райцентр Мама. В них живёт 3,5 тысячи человек. Число жителей района сократилось в 25 раз.

Школа в Луговке рассчитана на 400 детей, учатся там 28 человек. Только на отопление в год тратят 11,4 млн рублей. Если разделить эти деньги на всех детей, на каждого придётся по 407 тысяч рублей. Для сравнения, год обучения в МГИМО стоит 598 тысяч рублей. Чтобы в школе не обвалился потолок, его подпирают специальной конструкцией из бруса. Потому что не только барельефы и мозаика, но и сами стены, трубы, электросети и котельные — тоже из советских времён. И они разрушаются. Строить новое здесь нет смысла.

Если собрать все брошенные деревянные дома, ими пять лет можно топить котельную в посёлке Мама. Но большая часть домов — панельные, благоустроенные. Хозяева квартир уехали или умерли. Отапливать даже пустые площади всё равно нужно, иначе разморозится весь дом. Колотовку уже отрезали от отопления и водопровода. Сейчас в посёлке осталось 60 жителей, было около 2 тысяч.

Карта историй, которые «Люди Байкала» привезли из экспедиции в Мамско-Чуйский район в феврале 2021 года

Иллюстрация: Елена Макурина для ЛБ

В 12-квартирном доме одна жила 85-летняя Салима Максутова. Она занимала одну квартиру, а в соседних хранила дрова и инструменты. Когда-то дом был полностью благоустроен, в каждой квартире были ванная с горячей водой, унитаз, паровые батареи. Но в последние годы осталось только электричество. Воду баба Соня носила с реки в пятилитровом пластиковом ведре. Она ждала субсидию, чтобы переехать к детям в Краснодарский край. В августе 2021 года баба Соня умерла. Очередь на субсидию — больше тысячи человек, а получают её единицы.

Посёлки находятся в двойной изоляции. До областного центра — Иркутска, больше 800 километров. Дороги нет, можно добраться только на самолёте. Грузы перевозят по реке на баржах или по зимнику. Из-за этого все продукты в полтора-два раза дороже, чем на «большой земле». Часто их привозят уже испорченными, а выбор совсем невелик.

Друг от друга посёлки тоже изолированы. Они находятся на разных берегах реки. Например, летом дороги от Мусковита до Мамы нет. Чтобы попасть в райцентр, нужно дважды на лодке переплыть горную реку Витим. Между переправами людей перевозят на «уазике-буханке». На лодке возят детей на ЕГЭ. Учителя соглашаются, рискуют своими жизнями и жизнями учеников — выхода у них нет.

Весной и осенью, во время ледохода или ледостава, посёлки оказываются и вовсе отрезанными от райцентра. Но если очень нужно, люди всё равно рискуют и плывут. Например, лавируя между льдинами, возят призывников в райцентр. Точно так же почтальон доставляет пенсию и почту. Если кто-то умирает, гроб тоже кладут на лодку и переплавляют по шуге. Покойник ждать не может.

«Какое будущее у посёлков?» — спрашивают местные жители. Областные власти уже двадцать лет обещают достроить на Маму дорогу. Но за это время не разработан даже её проект. Район богат полезными ископаемыми. Здесь есть слюда и золото. Но из-за горного рельефа и сурового климата добывать их очень трудно и дорого. Ещё дороже — содержать социальную инфраструктуру. Тем более что в посёлках остались в основном пенсионеры и работать там некому. В последнее время освоение недр в стране идёт вахтовым методом. Именно так добывают золото в соседнем Бодайбинском районе. На Маме пока никакой добычи нет.

Во время обсуждения стратегии социально-экономического развития региона, министр экономического развития сказала, что Маму нужно расселять, район не перспективный. Но в стратегии об этом не сказано ни слова и деньги на расселение не заложены.

На пресс-конференции в ноябре губернатор Игорь Кобзев говорил уже другое: район расселять не планируют, потому что люди не хотят уезжать. Он был на Маме в феврале, поручил главам посёлков провести опрос среди жителей: хотят они переселяться или нет. В Витимском все проголосовали за переселение. Губернатор обещал вернуться осенью и обсудить итоги опроса. Но не вернулся.

Похоже, не принимать никакого решения — это и есть решение власти для северных посёлков. Пройдёт ещё два десятка лет, и они исчезнут сами собой.

Следите за новыми материалами